88888 Центр психологического консультирования
Центр психологического консультирования
ГЛАВНАЯ · УСЛУГИ ПСИХОЛОГА · НОВОСТИ · НАШИ СПЕЦИАЛИСТЫ · СТАТЬИ · МЕРОПРИЯТИЯ · ЗАМЕТКИ СО ВСТРЕЧ · АРТ-ТЕРАПИЯ · ·
Записаться на консультацию
Как найти своего психолога
Ближайшие мероприятия
Мероприятия







Людмила Францкевич и Алексей Бархатов

Францкевич Людмила и Бархатов Алексей -
практикующие психологи, гуманистические терапевты.


«Изменения в отношениях требуют силы духа»

Психотерапия – признанный во всем мире метод изменения качества жизни по собственному желанию – в России по-прежнему находится в плену стереотипов. О том, кому она действительно может помочь и заменяет ли поход к психологу традиционные русские способы облегчить душу, мы поговорили с Людмилой Францкевич и Алексеем Бархатовым – единственными в Красноярске профессионалами, которые практикуют парные сеансы для семей и вообще всех, кто связан партнерскими отношениями.

– Алексей, Людмила, кому на самом деле психотерапия полезна? И зачем она нужна?

Алексей (А): – Семейная психотерапия особенно полезна тем, кто хочет изменить взаимодействия друг с другом и готов нести ответственность за свой вклад в отношения. Она возможна только тогда, когда оба партнера понимают, что отношения претерпевают кризис, и заинтересованы это менять. Менять способы отношений, а не друг друга.

Людмила (Л): – Ответ будет звучать пафосно, и все же – для удовольствия ЖИТЬ друг с другом. Хотеть БЫТЬ друг с другом и доверять на расстоянии, просыпаться с улыбкой, ругаться вкусно, зная, что МИР больше, чем ссора. Чтобы передать детям, что партнерство – это интересно. И что мы всегда живем среди людей и отношения есть всегда!

– Чем ваш метод отличается от классической терапии и почему вы предлагаете семьям, которые нуждаются в психологической помощи, встречу одновре­менно с парой психотерапевтов?

А.: – Потому что наш метод дает более объективный взгляд на то, что происходит в паре. Беседа с двумя психотерапевтами, имеющими разные истории, ценности, отношение к жизни, помогает больше приблизиться к истине, чем разговор с одним специалистом.

Л.: – К тому же так мы оказываем эмоциональную поддержку сразу обоим партнерам.

– То есть, по сути, это некая модель для пары, которая пришла к вам на прием? Но нет ли в этом какой-то искусственной попытки, скажем так, увеличить стоимость вашей услуги?

Л.: – Мы предлагаем клиентам наш профессионализм, знания сразу двух специалистов. Создаем в кабинете очевидность – мы пара психологов, вы пара партнеров. Я считаю, что ценность нашей работы, конечно, измеряется деньгами клиентов, я этой суммой оцениваю свой профессионализм и хочу думать, что клиент, оплачивая услугу, берет на себя ответственность за включенность в изменение качества своей жизни.

– У меня создалось впечатление, что психотерапия в паре рассчитана на миддл-класс и выше.

А.: – Уверен, что если для человека представляет ценность настоящее изменение отношений с партнером, то эта сумма не является заоблачной. С профессиональной точки зрения это небольшая плата.

Конечно, если относиться к беседе с психотерапевтом как к простому разговору, то да, это дорого.

Л.: – Что может быть ценнее душевного спокойствия и приятной атмосферы в семье? В отношениях? Более половины тех, кто к нам приходит, понимают, что качественной жизнь делают именно хорошие отношения, а не материальные ценности. И тогда психотерапия – это вложение в осознанные, достаточно ясные отношения. В которых можно встре­чаться с приятными и неприятными сторонами жизни и есть безопасная возможность РАЗГОВАРИВАТЬ друг с другом.

Л.: – Реальность отношений – она здесь и сейчас.

– Кроме вас, кто-то еще занимается в Красноярске парной психотерапией?

Л.: – Насколько я знаю, в Красноярске таких услуг больше нет. Но это мировая модель, и она зарекомендовала себя как эффективная.

– На каком этапе люди приходят к вам за помощью? И когда лучше это делать? Наверное, когда отношения уже разрушены, психотерапия не поможет… Подействует ли сеанс на человека, если его, например, раздражает даже тембр голоса его партнера?

А.: – К нам приходят, к сожалению, когда отношения уже зашли в глубокий кризис. Но и на таком этапе можно обратить внимание людей на то, как они взаимодействуют друг с другом. Что будет дальше – тут решение всегда за ними. И если пара действи­тельно хочет все поменять в лучшую сторону, помочь ей можно, хотя и непросто.

Л.: – Все зависит от того, чего хотят партнеры, и если они не понимают этого, то помочь им понять. Наша задача – подвести партнеров к точке выбора!

– Что партнеры могут узнавать у вас на сеансе?

А.: – Во время сеанса они могут понять, если захотят, как они не умеют договариваться друг с другом и что для этого делают или не делают… Проблема в отношениях чаще всего возникает из-за того, что человек не хочет принимать другого с его ценностями, а пытается изменить его «под себя». Но это путь в никуда.

Л.: – Контакт происходит там, где встречаются плюс и минус. Важно понять, как люди относятся к различиям в своем партнерстве… ...

– Допустим, возьмем два примера: у одной пары – полная общность интересов, они все время вместе. Другая декларирует, что каждому свое, и много времени проводит врозь. Какая модель отношений более здоровая?

А.: – Хотел бы увидеть первую пару. Есть подозрения, что один подстраивается под другого. Причем ему это может сильно не нравиться.

– То есть такой паре стоит к вам прийти?

Л.: – Да, стоит. Если вдруг возникнет ситуация с ярким предъявлением своей личности, отличным от партнерского, или другим непривычным способом самовыражения, партнеры будут переживать страхи. Тогда, возможно, и появится желание пойти к психологу. Чаще это желание возникает у одного из партнеров. Но опять же страхи могут помешать! В таком случае мое сожаление будет связано с тем, что пара НЕ ПОПРОБОВАЛА…

А.: – Отмечу при этом, что семейная психотерапия не помогает избегать конфликтов – она помогает находить конструктивные решения, договариваться.

Л.: – Да. Любые отношения – это не для слабых духом, в них нужно вкладываться. И когда люди умеют разговаривать друг с другом, качество их отношений становится на порядок выше, это добавляет им интимности, близости, доверия и уважения. Они с достоинством относятся к себе и партнеру.

– И как вы учите клиентов договариваться между собой? Есть какой-то алгоритм, действия по пунктам?

А.: – Они демонстрируют нам привычные способы отношений, мы интересуемся, чего они хотят. И тогда в этом промежутке происходит работа. Если пользоваться словом алгоритм – это то, что они готовы делать, и как готовы, чтобы желаемые изменения произошли.

Л.: – Да, я, например, очень осторожно отношусь к заявлениям психологов о том, что они знают, как кому нужно жить. Я не знаю, как нужно жить паре, которая пришла ко мне на прием. Другое дело, что я готова быть с ними, замечать, как они пытаются строить отношения, что не получается при этом и что происходит замечательно. Я специалист не по жизни семьи, а по процессу взаимоотношений людей.

– А если, например, муж кричит: «Скажите ей, что она не права!», как вы на это реагируете?

Л.: – Мы замечаем, что муж не хочет брать на себя ответственность за что-то…
А.: – Напомним или объясним, что конструктивные изменения в отношениях возможны только тогда, когда оба партнера готовы договариваться, а не изменять друг друга. Если на первой-второй встречах мы видим, что человеку что-то мешает встать на позицию уважительного отношения к особенностям и взглядам другого, то…

Л.: – …значит, он еще не готов к переменам. И ему полезно сначала в одиночку сходить к другому психотерапевту, чтобы пережить свою историю, и лишь потом вернуться к нам в паре.

А.: – Давняя обида мешает принять разность другого человека, мешает договориться.

Л.: – Важно, чтобы наши будущие клиенты знали: сеанс, один час двадцать минут, – это время, которое вы посвящаете себе, друг другу, вашей совместности. Время реальной жизни «здесь и сейчас».

– Что нужно, чтобы семейная псиxотерапия состоялась? На что партнерам стоит обратить внимание в отношениях?

А.: –Для семейной психотерапии важно согласие и участие обоих партнеров в изменении их отношений, именно отношений, а не изменении кого-нибудь из супругов. Психотерапия невозможна, если хотя бы один из партнеров не согласен брать на себя ответственность за свой вклад в семейные отношения и не готов вкладываться в изменения в этих отношениях.

Семейная психотерапия не ответит на вопросы «Кто прав?», «Кто виноват?», «Что сделать, чтобы супруг стал другим?». Она может показать сложности в отношениях и, с согласия обоих супругов, преодолеть эти сложности... Как правило, это бывает эмоционально непросто…

На что нужно обратить внимание? Во-первых, на то, как каждый из партнеров чувствует себя в этих отношениях. Нравятся ли им эти чувства? Насколько просто слышать и быть услышанным? Легко ли проявлять свою индивидуальность в отношениях? Возможно ли договариваться в семейных конфликтах или ссоры несут под собой лишь взаимные обвинения? Могут ли партнеры предъявлять себя, неважно, как – позитивно или негативно… Есть ли в паре договор – например, «не меняем ничего, пока не договоримся».

Л.: – Три важные составляющие – желание что-то менять, время и деньги.

– Но ведь принято считать, что в русскую ментальность психотерапия не вписывается, не то что на Западе. «На кой черт мне психотерапевт, у меня есть друзья, выпью с ними литр водки и обо всем поговорю», – так часто полагают мужчины, а женщины отводят душу, плачась подругам в жилетку. Считается, что это не хуже визита к психологу. Что вы об этом думаете?

А.: – Спрашиваете, чем отличаются сеанс у психотерапевта и разговор с другом за бутылкой? Всем. Я знаю очень много примеров качественного изменения отношений после семейной психотерапии, но ни разу не слышал о таких изменениях после общения с друзьями.

– Ну эмоции-то похожи. Рассказы о том, что «она такая стерва, а я такой клевый», и наоборот.

А.: – Да, плач в жилетку друга немного охлаждает эмоции. Но никак не меняет ситуацию в семье: она остается прежней. А если друг скажет что-то вроде «да ты сам хорош», он за эти слова может и получить. А психолог может заметить этот способ поведения…

Психотерапия – это прежде всего возможность обсуждать то, чего сам клиент не видит.

Л.: – Это включенность и интерес. Мы помогаем клиентам проживать события их жизни. Осознанно!

Пытаясь снять внутреннее напряжение, мужчины пьют с друзьями или ходят на футбол, женщины лечат себя шоп-турами и спа-салонами, и это отношения с покупками, косметологом, массажистом… Но не отношения с партнером, а лишь их суррогатная, временная, иллюзорная замена. И проблемы в итоге не решаются! Конечно, страшно что-то менять!

– А если партнеры идут вместе на футбол, а затем – по магазинам?

А.: – Это уже другая история. Какой мотив стоит за таким поведением? Люди часто живут и не догадываются, почему их близкие поступают именно так. И совсем не проясняют это в отношениях! Отсюда происходит много обид и разочарований. Муж, к примеру, фантазирует: «Мне не приготовили поесть – значит, меня разлюбили». А означает это лишь то, что жена устала и не смогла ему об этом сказать.

Или наоборот: «Она приготовила мне поесть, значит, сильно в меня влюблена».

Л.: – А на самом деле это означает, что ей просто нравится готовить и когда ее хвалят за это. И любовь для нее – это совсем другое. Мы помогаем людям разбираться в мотивации поступков друг друга.

– Что еще, кроме убеждения в «особой ментальности», мешает русским парам ходить к психологам?

Л.: – Многие испытывают страх перед психотерапией. Я часто слышу фразу: «Это же надо будет вывернуться наизнанку! Зачем чужому человеку знать про меня подробности?» Повторюсь: нам не требуется содержание вашей жизни, где вы работаете, кто ваши родственники. В зоне интереса психотерапевта – то, как вы создаете или не создаете отношения, их реальность. Это можно делать без содержания…

А.: – Существуют определенные заблуждения про психотерапию. Например: если ты идешь к специалисту с приставкой «психо», ты не дружишь с головой. Но «психо» вообще-то переводится как «душа». Или такое: психотерапия – это когда человек очень быстро рассказывает свою подноготную, а специалист слушает и выдает рецепт. Однако это в корне не так!

Психотерапия – это встреча двух партнеров, а не врача и пациента. Человек приносит в кабинет свою проблему – ровно такую, какой может поделиться, и не более того. Его никто не тянет за язык и не останавливает, он сам решает, что и сколько сказать. От этого будет зависеть результат психотерапии.

Л.: – Все происходит не с нашей подачи, а в нашем присутствии. Доверие, как и в жизни, требует времени.

– А сколько все же сеансов требуется паре в среднем? И каково минимальное количество посещений?

А.: – Минимум одно. А дальше все зависит от того, как удастся пройти этапы психотерапии.

К примеру, приходит семья, в которой инициатива посетить специалиста принадлежит жене. Муж не особенно хотел идти. В этом случае мы, наблюдая, помогаем прояснить, что у мужа тоже есть мотив, только он предпочитает не говорить о нем жене, чтобы, грубо говоря, не получить от нее скалкой.

– Эмоциональной скалкой.

А.: – О да. И наша работа будет состоять в том, чтобы на первом этапе выяснить мотивы мужа, прояснить эту часть отношений. Первый этап – некая диагностика. И только потом, когда все разрешится и муж перестанет опасаться высказать свое мнение, начнется период взаимодействия. Мы учим партнеров слышать и принимать друг друга. Но сколько времени это займет, зависит не от нас, а от них.

Л.: – Мы профессионально и достаточно деликатно показываем паре, как можно строить отношения. Сколько времени они готовы ЭТОМУ посвятить. Хороший бизнес строится годами! Появляется идея! Она запускается в жизнь, и самый главный этап – удержание, достаточная стабильность, реакции на изменения, осознание этих перемен, их полезность или наоборот и так далее…

– А подходит ли ваша методика к другим – не романтичным и не семейным – отношениям? Полезна ли психотерапия для партнеров по бизнесу, например?

А.: – Да. Но наш метод будет работать при условии, что все участники процесса достаточно мотивированы. Психотерапия действует и для налаживания отношений в семье между родителями и детьми, братьями и сестрами, партнерами по бизнесу. Каждому требуется внимание, понимание, умение слышать и принимать друг друга. И мы готовы помогать. В психотерапии принято самому обращаться за помощью к психотерапевту, это является подтверждением согласия и включенности клиента в такую помощь!

Еще раз повторюсь, что изменения в отношениях возможны только при согласии всех участников этих отношений, поэтому если «изменения в отношениях» заказывает руководитель, а подчиненные и не думают договариваться, то продуктивные перемены маловероятны.
Позвонить Людмиле можно по телефону (391)250-54-67
Написать Людмиле: lydafranc@mail.ru

Возможно консультирование по скайпу.



Яндекс.Метрика

Новости
14.02.2018
8 АРТ-ФЕЕРИЯ! ВСТРЕЧАЙТЕ !!!2018 г.
Восьмая!!! Арт-феерия!!!!
Читать

14.02.2018
Арт-терапия в гештальт-подходе! НАЧАЛО 27 апреля 2018
Внимание! Объявляем набор на курс «Арт-терапия в Гештальт-подходе. Основы психологического консультирования» 1я ступень. Московский Институт Гештальта и Психодрамы. Старт программы 27 апреля 2018 года.
Читать

27.04.2017
Терапевтическая группа - "Дневник моей жизни".
Начался набор в терапевтическую группу - \"Дневник моей жизни\".
Читать

12.03.2017
Расписание арт-феерии 2017
Подробное расписание арт-феерии!!!
Читать

28.02.2017
МАСТЕР-КЛАССЫ АРТ-ФЕЕРИЯ 2017
АНОНС
Читать

О себе... О мире...
Человек пересекал поле, на котором жил тигр. Он бежал со всех ног, тигр за ним. Подбежав к обрыву, он стал карабкаться по склону, уцепившись за корень дикой лозы, и повис на нём. Тигр фыркнул на него сверху. Дрожа, человек смотрел вниз, где немного ниже другой тигр поджидал его, чтобы съесть. Только лоза удерживала его.
Две мышки, одна белая, другая чёрная, понемногу стали подгрызать лозу. Человек увидел возле себя ароматную землянику.

Читать полностью
Гость
Имя  
Пароль  
Регистрация
Забыли пароль?
Сейчас на сайте
Гостей: 3
На сайте нет зарегистрированных пользователей

Пользователей: 26,387
Посетитель: enchantinginvas